Кремль уже выбрал преемника Назарбаеву

36333_w300_h200Путин дает гарантии не столько Назарбаеву, сколько Масимову, считает политик Серикжан Мамбеталин и называет последние перестановки в Акорде знаковыми – по его мнению, в скором будущем нас ждет парламентская республика, где премьером будет Масимов, а президентом Дарига Назарбаева.

О гарантиях Кремля и перестановках в высших эшелонах власти в Казахстане Серикжан Мамбеталин рассказал в четверг, 16 апреля, в ходе прямого эфира в «R-студии». На субботу этот эфир на портале «Республика» и в социальных сетях посмотрело больше 4 000 человек.

По просьбе тех, кто по какой-то причине не может посмотреть видеозапись, мы сделали стенограмму, выдержки из которой публикуем на портале. Первым идет вопрос ведущей и вторым — ответ г-на Мамбеталина.

— Здравствуйте, уважаемые зрители. Сегодня у нас в гостях политик Серикжан Мамбеталин. Начнем сразу с того, что в субботу прошел Антиевразийский форум. Вы тоже там были, и какие впечатления?

— Я могу сказать, что форум удался, неважно, что были технические проблемы, что зал всех не вместил. Но по крайней мере основные месседжи были сделаны и обществу, и президенту в том числе. Поэтому я считаю, что эта идея должна была нас объединить еще больше. Правда, не было фигур, которые мы привыкли видеть на таких мероприятиях.

— Кого Вы имеете в виду?

— Жовтиса думал там увидеть, был заявлен Досым Сатпаев… Но то, что народ думает, там было все сказано. И в резолюцию вошли все те вещи, о которых на сегодняшний день переживает народ. Я смотрел сейчас «прямую линию» с Путиным, где он сказал, что не хорошо поступает правительство Украины, не дает людям возможности высказаться, провести референдум, не дает поднять вопрос о федерализации юго-востока. Это очень лицемерная риторика, когда три президента, не спрашивая народ, объединяются в так называемый Евразийский союз и при этом поучают украинцев, как им надо себя вести и разговаривать с народом.

— Вы ждете каких-то результатов от этого форума?

— Больших изменений в политике президента не жду. Я так понимаю, что этот вопрос уже решен — и даже в большей степени не им, а именно в Кремле. Он идет просто в фарватере кремлевской политики, более того, он является каким-то заложником всей этой истории вокруг Евразийского союза. Поэтому нам было важно показать, что в конце концов в Казахстане нет единодушного мнения по этому вопросу. И именно поэтому власть боится провести референдум либо хотя бы какую-то дискуссию по этому вопросу с народом. Так что изменений не будет, но, как сказал Дастан Кадыржанов, подписание не конец независимости, это только начало борьбы за независимость. И борьба будет очень серьезной.

— Сразу после форума Вы написали открытое письмо на имя президента, в котором предложили ему отказаться от подписания договора по Евразийскому союзу в обмен на гарантии. Что Вы имели в виду?

— Когда мы говорим о гарантиях президента, это именно то, что он ищет в Москве, то, что он ищет в Кремле, то, что он ищет под Евразийским союзом. На самом деле здесь нет никакой экономики. Три года мы живем в режиме Таможенного союза, но никаких улучшений нет. И их быть не могло, потому что все это связано с политикой. Был просто такой посыл: если вы доверяете Путину и Кремлю, почему бы вам не довериться собственному народу? Собственный народ поймет и всегда простит. А те люди, которые сейчас им манипулируют, могут просто, как мы видим на примере Украины, сегодня дать гарантии, а завтра отказаться. И никто их ни в чем потом не обвинит. Поэтому я считаю, что президенту надо быть с народом. 23 года мы пытались строить независимый Казахстан, но, к сожалению, в этом году мы ставим крест на идее независимого Казахстана в связи с вхождением в Евразийский союз.

— Как Вы думаете, другие политики поддержат Вас в том, чтобы эти гарантии предоставить президенту? Помните, были мнения о люстрации, так что не все готовы к этому.

— Здесь на кону стоит очень много — вся наша жизнь, все наше будущее. Казахстан без независимости это не Казахстан. Я знаю очень много своих друзей, своих соратников, которые просто сейчас в депрессии. Они понимают, что здесь сегодня ничего не могут решить, за них все уже решено.

Но самое страшное, что завтра эти люди, о которых мы сегодня читаем как о цвете общества, будут в черных списках. И завтра, когда мы станем частью Евразийского союза, эти люди станут врагами народа, потому что народ уже будет не казахский, не казахстанский, это уже будет евразийский народ. У этих людей нет будущего, их завтра уволят с работы, отберут бизнес и так далее. Мы уже это проходили в 37-м году, то же самое будет.

А дать гарантии… Если будет какая-то возможность, то я сам готов поговорить со всеми, со всеми лидерами гражданского общества. И я думаю, можно прийти к какому-то консенсусу. Народ казахский — очень добрый, и простить он может любого, не говоря уже о президенте Казахстана.

— То есть речь идет о какой-то личной неприкосновенности президента, его родственников?

— Да.

— К слову о гарантиях, о которых Вы говорили в письме. Возможно, он так стремится в Евразийский союз, потому что в России ему пообещали гарантии? И были еще мнения, помните, наверное, что следующий президент должен быть одобрен Кремлем. В связи с этим, как Вы считаете, почему президент на этот раз выбрал премьером Масимова? Не связаны ли эти две темы — назначение Масимова и то, что сейчас в Кремле думают насчет преемника?

— Они абсолютно связаны друг с другом. Более того, Масимова поставили не второй раз премьером, а скорее поставили исполняющим обязанности президента. Потому что президенту Назарбаеву в силу ряда причин, в том числе и здоровья, сложно очень активно участвовать в той политике, которая сейчас разворачивается.

И назначение премьером Масимова уже показало, что президент сделал выбор, точнее — выбор сделали за него. Потому что при тех условиях вхождения в Евразийский союз, при том, что сейчас творится в Украине, при том, что в Казахстане большинство не согласно с вступлением в Евразийский союз нужен человек абсолютно лояльный — лояльный Кремлю. Человек, на первом месте для которого должно быть четкое выполнение указаний из Кремля.

Здесь вопрос не в его национальности, здесь вопрос именно в патриотизме, в лояльности к казахскому народу, который на сегодняшний день — государствообразующая нация. И найти более лояльную, более зависимую, чем Карим Масимов, фигуру Кремль уже не сможет. Поэтому я считаю, что назначение Карима Масимова — это прямое назначение его следующим преемником.

— То есть, Вы считаете, вопрос уже решили?

— Я думаю, что решили. Просто уже на другого времени не хватает, дедлайн очень короткий,кого-то переназначать уже очень сложно.

— Вы считаете, что Масимов именно такой — лояльный к Кремлю?

— Да, он именно такой. Мало того что в интернете ходит его досье из КГБ, что он год учился в Высшей школе КГБ. И он сам вроде этот факт не отрицает. Вопрос в другом — в том, что у любого казаха на его месте может проснуться какое-то чувство патриотизма и он сможет завтра Путину сказать: нет, мы этого не будем делать.

Этот человек не сможет ему так сказать. Потому что эти люди будут давать ему гарантии. Здесь даже больше гарантии не Назарбаеву, а Масимову. Потому что на сегодняшний день гарантом самому Масимову выступает Назарбаев. Но как только он уйдет, у людей в его ближайшем окружении появится желание его сместить с поста. И в этот момент появляется новый гарант — Владимир Владимирович Путин, который собирает нашу элиту так называемую, миллиардеров, и говорит: один волос упадет с головы Карима Масимова, я вам лично головы снесу.

Я не ручаюсь за дословность, но разговор будет примерно такой. Поэтому сегодня гарантом Масимова является Назарбаев, а завтра, после ухода Назарбаева, будет Путин. Это очень простая логика. И насколько сегодня президент заинтересован в продвижении Масимова, настолько же Масимов заинтересован быть мостом между Путиным и Назарбаевым. Это два его гаранта.

— Сегодня на портале «Республика» появился материал «Досаева и Каппарова «гасит» Масимов».

— Я слышал, что сейчас есть проблемы у Каппарова и Досаева. Их обвиняют в том, что принадлежащая им компания не выполнила какие-то объемы на Кашагане. В этой информации есть доля истины.

Каппаров Нурлан не должен быть назначен на должность министра экологии: у него прямой конфликт интересов. Он является совладельцем компании, которая работает подрядчиком на Кашагане. Вы представляете, министр экологии через свою компанию работает на одном из самых скандальных с экологической точки зрения проекте. Он должен либо оставаться бизнесменом, либо сказать, что не может быть экологом, потому что завтра не сможет фиксировать экологические нарушения. В этой информации есть доля правды. Но то, что Масимов…

— Есть свой интерес в нефтяной отрасли у Масимова?

— Я не знаю. У него много интересов. Я слышал, он акционер «Казкоммерцбанка» через фонд «Альнаир». Еще 17 процентов имеет в «Казахтелекоме», не говоря о мелких заведениях… Человек он очень не бедный, но насчет нефтяных интересов… Я про это пока не слышал, но то, что он будет пытаться сейчас нейтрализовать тех людей, которые завтра могут ему помешать управлять страной, вполне очевидно.

С Каримом я познакомился в 90-м году. Мы дружили тогда очень хорошо, мы даже семьями дружили. Чтобы вы не думали, что я голословно об этом говорю. Его жена Дилярам Ашурова — дочка известного в свое время деятеля уйгурского движения. Он был одним из лидеров уйгурской диаспоры — Азат Ашуров, был председателем райисполкома в Панфиловском районе и первым секретарем Алакальского райкома, то есть он был одним из неформальных лидеров уйгуров Казахстана.

Ближайшее окружение президента долго не придавало значения продвижению Мсимова. Из-затого, что он уйгур, он не рассматривался как серьезный игрок. И за счет этого он поднялся очень высоко. Когда говорят, что он такой умный, гениальный… Да, образованный, да, умный, но говорить, что он гениальный… Я не могу этого сказать. Но на сегодняшний день здесь дело не в национальности, все дело в том, что есть человек, который готов исполнять указания Кремля, готов работать на Кремль, на новый Евразийский союз.

— Перейдем к следующей теме нашего разговора. Как Вы думаете, зачем нужна Казахстану Ассамблея народа?

— Начнем с истории ее возникновения. Ее организовали в 1995 году, в конце марта. 95-й год — самый трагичный год нашей истории. Это год, когда разогнали парламент и когда была принята новая Конституция. И если вы посмотрите хронологию, парламент разогнали в марте, а выборы прошли в декабре. То есть практически девять месяцев страна была без легитимного законодательного органа. И в этот момент принимается новая Конституция, в этот момент продлеваются полномочия президента, как вы помните, с 95-го до 2000 года. И все эти незаконные с точки зрения Конституции вещи произошли с помощью этой Ассамблеи народа Казахстана.

Эта ассамблея была создана специально под принятие новой Конституции, под продление полномочий президента в 95-м году. И через нее обычно озвучиваются самые одиозные идеи или, будем говорить, вбросы в общество.

— Как Вы думаете, сегодня какую роль может сыграть ассамблея при передаче власти?

— Озвучит нужные инициативы. На самом деле ассамблея… Мы видели на примере украинского кризиса, я ждал, например, заявления от украинской диаспоры, но оно так практически и не прозвучало. А если прозвучало, то так, что его никто не услышал.

Это декоративная на сегодняшний день структура, которая, в принципе, при новой власти, при новой Конституции должна быть, конечно, ликвидирована. Это нелегитимный орган. Мы знаем, что члены ассамблеи даже на выборах голосуют два раза. Один раз за общего кандидата, один раз за кандидата, который предлагается президентом.

Есть в других странах такие формы предоставления места диаспорам или этническому меньшинству. Например, в Иране есть одно место в меджлисе Ирана, которое закреплено за еврейской общиной. Это делается для того, чтобы сохранить какой-то паритет, дать голос. Но для того, чтобы делать такие вещи в парламенте, необязательно содержать такую громоздкую ассамблею. Тем более, в каждой области открывать отделения ассоциации, на каждого выделять бюджет и так далее. В принципе, все это можно делать через Министерство культуры и другие межнациональные учреждения.

— Вы говорите о разных инициативах, которые можно продвинуть через ассамблею. Как Вы думаете, можно провести через ассамблею новое название страны Казах Ели?

— Все возможно… Такие разговоры идут и рождаются не на пустом месте: «Если звезды зажигаются, значит это кому-то нужно»… Вполне возможно, что завтра могут сказать: давайте называться Казах Ели. Но какая разница, если Казахстан отдает независимость? Уже неважно, как он называется.

Возможно, для того чтобы опять же запутать народ, сказать, что вот, мы не становимся зависимыми от России, а мы еще новое название себе берем. Но это из того же разряда. Или такая ситуация: объявляется парламентская республика, во главе которой будетпремьер-министр Масимов.

Что это ему дает при парламентской республике? Во-первых, он обходит экзамен по казахскому языку. Потом у него нет ограничений по срокам, он может переизбираться сколько угодно и людям мозги не пудрить, что один срок, второй срок, продление полномочий и так далее. Мы знаем, что Маргарет Тэтчер была 18 лет у власти, Тони Блэр — три срока в Великобритании. Поэтому это будет очень красиво с точки зрения западной демократии. А президент в этих условиях будет исполнять декоративную роль.

У нас недавно выбрали нового вице-спикера — Даригу Назарбаеву. И скорее всего, выберут ее и на роль президента. Для нее уже сегодня подняли статус. Одно дело она председатель комитета, а в роли вице-спикера у нее уже уровень международных встреч другой, статус другой.

Может быть, слишком очевидная рокировка, но мне кажется, что премьером будет Масимов, а Дарига Нурсултановна будет президентом. Но при этом все полномочия практически будут у Карима Кажимкановича, а Дарига Нурсултановна будет таким формальным представителем. Но народ будет думать, что президент у нас — вот такой человек, и все это будет спокойно и красиво представлено народу.

— То есть Вы думаете, что нас ждут изменения в плане перехода к парламентско-президентской республике?

— Да. Я думаю так…

— Именно это предлагали и представители оппозиции…

— Да, предлагали. На сегодняшний день такая концентрация власти, как сегодня есть у Назарбаева, просто гибельна. Вы же видите, что делается. Человек может просто утром проснуться и сказать: все, мы будем частью России. И ничего ты не сделаешь, нет никаких механизмов отозвать это решение, опротестовать. У нас нет Конституционного суда, нет механизма импичмента, нет механизма блокирования этого решения.

Я думаю, вопрос назрел. Но власть эту идею использует по-своему. И делает это очень красиво на самом деле. Это все работы политтехнологов, и все это было заранее сделано. Эти последние перестановки для меня очень знаковые, когда Карима назначили премьером, а Даригу — вице-спикером.

— А как Вам версия о том, что президента Назарбаева могут сделать почетным главой ассамблеи или еще чего-нибудь, а реально он будет продолжать руководить?

— Все возможно. Человек уже устал, человек хочет немножко уйти из этого ритма. Я егопо-человечески понимаю. Возможно, его даже сделают сейчас президентом Евразийского союза. Путин на это пойдет, потому что это не будет ничего менять в принципе. Как они говорят, назовем валюту «алтын» или сделаем эмиссию, банк, который будет выпускать алтын в Астане, и даже то, что подписывают в Астане, — это тоже.

С одной стороны, как бы реверанс, а с другой — потом скажут: казахи, а как вы хотите выходить из Евразийского союза? Президент Назарбаев озвучил эту идею 20 лет назад. Хотя он озвучил не эту идею. Он озвучил идею единого экономического пространства, которое у нас уже давно существует, идею беспошлинной торговли между странами СНГ, что тоже уже давно существует. Но не говорил, что у нас должен быть Евразийский союз, тем более политический союз.

Даже то, что будут поставлены подписи в Астане, это специально сделано для того, чтобы завтра у нас не было никаких шансов выйти из него. Но мы все равно выйдем из него, не сейчас, так через десять лет, не при Назарбаеве, Путине, так при других. Я считаю, что руки не надо опускать. То, что сегодня делается, это явно противозаконно, но история поставит все на места.

— Вопрос от читателя: «Появились мнения о том, что Антиевразийский форум — это подготовка к Евромайдану. Как Вы думаете, это так? И вообще, возможен ли Евромайдан в Казахстане?».

— Я думаю, возможен. Думаю, протестные настроения будут набирать силу, и именно в промежутке между маем и январем. В январе же мы уже юридически будем в Евразийском союзе. И условия для Евромайдана создала сама власть, потому что власть сама не хочет меняться. Она не дает шансов поменять власть законными методами, выталкивает оппозицию в нелегитимное поле. И если завтра кто-то будет говорить о Евромайдане, это нормально, потому что законов и механизмов смены власти на сегодняшний момент в Казахстане не существует. А если нет законных механизмов, значит, будут действовать незаконные.

— Спасибо, Серикжан, за интересную беседу, за то, что пришли к нам в студию. До следующих встреч.

Посмотреть видеозапись онлайн-конференции вы можете по ссылкеhttp://youtu.be/fglqEO51YXU

Источник  —  www.respublika-kaz.info

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Top